66RS0008-01-2020-002394-25
Дело № 2-1404/2020
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
22 октября 2020 года город Нижний Тагил
Дзержинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе председательствующего судьи Свининой О.В.,
при секретаре судебного заседания Александровой А.А.,
с участием представителя истца Тигунова А.А., действующего на основании доверенности №66 от 31.12.2019,
ответчиков Керимовой К.А., Копытцевой Н.А., их представителя Дружинина А.Н.,
третьего лица Кусакиной Д.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску акционерного общества «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» им. Ф.Э. Дзержинского к Керимовой К. А., Копытцевой Н. А. о взыскании материального ущерба, причиненного работодателю,
УСТАНОВИЛ:
Акционерное общество «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» им. Ф.Э. Дзержинского (далее АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод») обратилось в суд с иском к Керимовой К.А., Копытцевой Н.А., в котором просит взыскать с ответчиков материальный ущерб в размере 1 969 378 рублей 78 копеек, а также судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 18 046 рублей 89 копеек в равных долях.
В обоснование заявленных требований указано, что Керимова К.А. на основании приказа № 409-Зк от 06.03.2019 назначена на должность кладовщика цеха 14 АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод», 16.09.2019 на основании приказа № 4469-и была переведена на должность старшего кладовщика цеха 14 АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» на условиях заключенного с ней трудового договора № 409 от 05.03.2019. Копытцева Н.А. на основании приказа № 1122-3к от 04.06.2019 назначена на должность кладовщика цеха 14 АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод», на условиях заключенного с ней трудового договора № 1122 от 03.06.2019. Кроме того, с Керимовой К.А. и Копытцевой Н.А. 05.08.2019 были заключены договоры о полной индивидуальной материальной ответственности, согласно которым, кладовщики склада № 37 цеха 14 Керимова К.А. и Копытцева Н.А. принимают на себя полную материальную ответственность за обеспечение сохранности имущества, вверенного им работодателем. В октябре - ноябре 2019 года на складе 37 цеха 14 АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» была проведена инвентаризация товарно-материальных ценностей, в результате которой была выявлена недостача металлопроката: уголок 50x50x5 СТЗПСЗ в количестве 8,829 тонн на сумму 373 639 рублей 31 копейка; профиль П8250Х102 11500390-12Г2ФД в количестве 22,311 тонн на сумму 1 710 149 рублей 08 копеек, общую сумму 1 969 378 рублей 78 копеек. Результаты инвентаризации были оформлены сличительной ведомостью № 10 от 21.11.2019. В ходе служебного расследования было установлено, что недостача данного металлопроката образовалась в результате невыполнения кладовщиками склада 37 цеха 14 своих должностных обязанностей, а именно нарушение соблюдения режимов хранения и отпуска металлопроката в соответствии с требованиями п.п. 3.1, 3.2, 3.2.3 Инструкции о порядке обеспечения сохранности материальных ценностей, правах и обязанностях заведующих складами, старших кладовщиков, кладовщиков и других материально-ответственных лиц в АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод», утвержденной приказом №263 от 18.05.2015. Размер материального ущерба, причиненного Керимовой К.А. и Копытцевой Н.А., подтверждается сличительной ведомостью № 10 от 21.11.2019, протоколом № 16 от 27.11.2019 заседания рабочей инвентаризационной комиссии по складу № 37 АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод», протоколами №1 и № 2 от 05.12.2019 заседания рабочей инвентаризационной комиссии цеха 14 склада №37 АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод». Керимова К.А. и Копытцева Н.А. до настоящего времени материальный ущерб, причиненный в размере 1 969 378 рублей 78 копеек – не возместили.
Определением суда от 25 сентября 2020 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, привлечены Кусакина Д.В., Долматова Н.А.
В судебном заседании представитель истца Тигунов А.А. исковые требования поддержал по доводам и основаниям, изложенным в иске. Суду дополнительно пояснил, что в исковом заявлении допущена при указании веса и стоимости уголка 50х50х5 СТЗПСЗ, уточнил, что выявлена недостача данного уголка в количестве 9,045 тонн на сумму 259 229 рублей 70 копеек. Договоры полной материальной ответственности заключены с ответчиками, так как они являются материально ответственными лицами. Керимова К.А. и Копытцева Н.А. приняты на работу в отчетный период. После трудоустройства ответчиков передача им товарно-материальных ценностей не производилась. Склад №37 цеха 14 представляет собой открытую площадку, не имеющую ограждений. Доступ к ней ограничен, имеют только работники цеха. Режим работы ответчикам установлен - I смена, с 8 часов до 16 часов. Цех №14 работает круглосуточно. Товарно-материальные ценности поступают в цех также круглосуточно. В период отсутствия Керимовой К.А. и Копытцевой Н.А. осуществляется выдача товарно-материальных ценностей иными работниками цеха. Фактически товарно-материальные ценности приняты ответчиками в октябре 2019 года, в ходе проведения инвентаризации, на которой Керимова К.А. и Копытцева Н.А. присутствовали.
Представитель ответчиков Дружинин А.Н. возражал против удовлетворения заявленных исковых требований. Дополнительно суду пояснил, что истцом нарушен порядок возложения материальной ответственности на ответчиков. Договоры о полной материальной ответственности заключены 05.08.2019. При этом, исходя из характера работы ответчиков, подлежал заключению договор о коллективной ответственности. Инвентаризация товарно-материальных ценностей проводилась за период с октября 2018 года по октябрь 2019 года, в этот отчетный период кладовщиками также являлись Кусакина Д.В. и Долматова Н.А.. Материальный ущерб, предъявленный ко взысканию с ответчиков, выявлен за период в который Керимова К.А. и Копытцева Н.А. не работали на данном складе. В связи с чем, предъявлять требования о взыскании материального ущерба к ним нельзя. В протоколе заседания инвентаризационной комиссии от 05.12.2019 содержатся выводы о том, что не созданы надлежащие условия для учета и хранения товарно-материальных ценностей, а также указано на отсутствие факта невыполнения требований Инструкции о порядке обеспечения сохранности материальных ценностей, правах и обязанностях заведующих складами, старших кладовщиков, кладовщиков и других материально-ответственных лиц в АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод». Кроме того, указал на отсутствие оснований для взыскания с ответчиков суммы материального ущерба в равных долях.
Ответчик Керимова К.А. исковые требования не признала, поддержала доводы изложенные представителем ответчиков Дружининым А.Н.. Дополнительно суду пояснила, что работает в цехе 14 «АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» с 06.03.2019 в должности кладовщика, а с 16.09.2019 в должности старшего кладовщика. При приеме на работу передача товарно-материальных ценностей, хранящихся на складе, не производилась. Работает она в I смену с 8 часов до 16 часов 30 минут. В период ее отсутствия имеется потребность в товарно-материальных ценностях, хранящихся на складе, а также они поступают на склад после окончания ее рабочей смены. Территория склада, где хранятся товарно-материальные ценности, в том числе за недостачу которых предъявлен ко взысканию материальный ущерб, не огорожена, доступ имеют иные сотрудники цеха. Сведения о движении товарно-материальных ценностей заносятся в журнал учета. Работодателем не обеспечено надлежащее хранение и учет товарно-материальных ценностей. При этом, уголок 50x50x5 СТЗПСЗ и профиль П8250Х102 11500390-12Г2ФД не выдавала. Неоднократно писала докладные на имя руководства цеха по вопросу ненадлежащего обеспечения сохранности товарно-материальных ценностей. Фактически товарно-материальные ценности, хранящиеся на складе, приняла в период проведения инвентаризации в октябре 2019 года.
Ответчик Копытцева Н.А. исковые требования не признала, поддержала доводы изложенные представителем ответчиков Дружининым А.Н. и ответчиком Керимовой К.А.. Дополнительно суду пояснила, что работает в цехе 14 «АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» с 04.06.2019 в должности кладовщика. Товарно-материальные ценности, хранящиеся на складе, приняла в период проведения инвентаризации в октябре 2019 года. В период работы в АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» уголок 50x50x5 СТЗПСЗ и профиль П8250Х102 11500390-12Г2ФД не принимала, но возможно выдавала. Данный профиль мог поступать на склад в ее отсутствие.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика Кусакина Д.В. в судебном заседании пояснила, что работала в цехе 14 АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» в должности кладовщика в период с декабря 2017 года по июнь 2019 года, уволилась по собственному желанию. В период ее работы приемка и отпуск товарно-материальных ценностей производились круглосуточно, в том числе в ее отсутствие мастерами цеха. Доступ к ним имеют иные работники цеха. Склад, на котором они хранятся, является открытой площадкой, не имеющей ограждений. Производила взвешивание товарно-материальных ценностей, в том числе уголка и профиля. Данные об их движении заносила в журнал. Передачу товарно-материальных ценностей производила Керимовой К.А., в июле 2019 года передала ей несколько позиций товарно-материальных ценностей. Указанного в иске профиля, при этом не было, имелся в наличии уголок 32 и 45, другого не было. Товарно-материальные ценности поступают на склад в больших объемах, происходит их пересортица. При увольнении, в полном объеме не передавала товарно-материальные ценности, хранящиеся на складе, так как руководство цеха не предоставило такую возможность.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика Долматова Н.А. в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела была извещена судом надлежащим образом.
Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства по делу, оценив собранные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.
Согласно ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен, каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
В соответствии со ст. 20 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ), сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель. Работник - физическое лицо, вступившее в трудовые отношения с работодателем. Работодатель - физическое лицо либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником.
Сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами (ч. 1 ст. 232 Трудового кодекса Российской Федерации).
Статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации определены условия, при наличии которых возникает материальная ответственность стороны трудового договора, причинившей ущерб другой стороне этого договора. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.
Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации урегулированы отношения, связанные с возложением на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе установлены пределы такой ответственности.
В силу ч. 1 ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.
Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (ч. 2 ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно ст. 241 Трудового кодекса Российской Федерации за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами.
Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (ч. 1 ст. 242 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 2 ст. 242 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами.
Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в следующих случаях: когда в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей, недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу; умышленного причинения ущерба; причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда; причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом; разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных федеральными законами; причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей. Материальная ответственность в полном размере причиненного работодателю ущерба может быть установлена трудовым договором, заключаемым с заместителями руководителя организации, главным бухгалтером (ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации).
До принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт. Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации (ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации).
Судом установлено, что Керимова К.А. состоит в трудовых отношениях с АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод», 05.03.2019 между сторонами заключен трудовой договор №409, на основании приказа№ 409-Зк от 06.03.2019 назначена на должность кладовщика цеха 14, а с 16.09.2019 на основании приказа № 4469-и от 16.09.2019 переведена на должность старшего кладовщика цеха 14 (л.д. 6-9).
Копытцева Н.А. на основании приказа № 1122-Зк от 04.06.2019 назначена на должность кладовщика цеха 14 АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод», на условиях заключенного с ней трудового договора №1122 от 03.06.2019 (л.д. 12-14).
Согласно должностной инструкции, в должностные обязанности Копытцевой Н.А. входит осуществление своевременного учета прихода и расхода товарно-материальных ценностей, качественное хранение товарно-материальных ценностей на складе, с которой она ознакомлена 26.06.2019 (л.д. 15).
Кроме того, с Керимовой К.А. и Копытцевой Н.А. 05.08.2019 были заключены договоры о полной индивидуальной материальной ответственности, согласно которым, кладовщики склада № 37 цеха 14 АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» Керимова К.А. и Копытцева Н.А. принимают на себя полную материальную ответственность за обеспечение сохранности имущества, вверенного им работодателем (л.д. 10-11, 16-17).
Приказом генерального директора АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» №236 от 18.05.2015 утверждена Инструкция о порядке обеспечения сохранности материальных ценностей, правах и обязанностях заведующими складами, кладовщиков и других материально ответственных лиц (л.д. 31-38).
Положениями данной инструкции определен порядок организации хранения материальных ценностей, учета движения материальных ценностей, права, ответственность и порядок возмещения причиненного ущерба, с которой Керимова К.А. и Копытцева Н.А. ознакомлены 01.10.2019 (л.д. 39).
В обоснование заявленных требований, истцом указано на нарушение ответчиком п.п. 3.1., 3.2, 3.2.3 Инструкции о порядке обеспечения сохранности материальных ценностей, правах и обязанностях заведующими складами, кладовщиков и других материально ответственных лиц, из которых следует, что: материально-ответственное лицо осуществляет прием, хранение и отпуск материальных ценностей с обязательным взвешиванием, замером и пересчетом, их размещение с учетом наиболее рационального использования складских площадей, облегчения и ускорения поиска необходимых материалов, инвентаря и т.п.; материально-ответственное лицо обеспечивает соблюдение режимов хранения, правил оформления и сдачи первичных учетных документов, обеспечивает сохранность складируемых материальных ценностей.
Истцом указано, что в октябре - ноябре 2019 года на складе 37 цеха 14 была проведена инвентаризация товарно-материальных ценностей, в результате которой была выявлена недостача металлопроката, с учетом уточнений представителя истца в судебном заседании: уголок 50x50x5 СТЗПСЗ в количестве 9,045 тонн на сумму 259 229 рублей 70 копеек; профиль П8250Х102 11500390-12Г2ФД в количестве 22,311 тонн на сумму 1 710 149 рублей 08 копеек, на общую сумму 1 969 378 рублей 78 копеек. Результаты инвентаризации были оформлены сличительной ведомостью № 10 от 21.11.2019.
В подтверждение заявленных истцом требований представлена сличительная ведомость №10 от 21.11.2019, в которой отражены результаты инвентаризации товарно-материальных ценностей, проведенной в период с 01.10.2019 по 27.11.2019, а также содержатся сведения о выявленной недостаче товарно-материальных ценностей: уголок 50x50x5 СТЗПСЗ в количестве 9,045 тонн на сумму 259 229 рублей 70 копеек; профиль П8250Х102 11500390-12Г2ФД в количестве 22,311 тонн на сумму 1 710 149 рублей 08 копеек (л.д. 18-19).
В соответствии с частью 3 статьи 11 Федерального закона от 06 декабря 2011 года № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» случаи, сроки и порядок проведения инвентаризации, а также перечень объектов, подлежащих инвентаризации, определяются экономическим субъектом, за исключением обязательного проведения инвентаризации. Обязательное проведение инвентаризации устанавливается законодательством Российской Федерации, федеральными и отраслевыми стандартами.
Приказом Министерства финансов РФ от 13.06.1995 № 49 утверждены Методические указания по инвентаризации имущества и финансовых обязательств (далее по тексту - Методические указания), которые устанавливают порядок проведения инвентаризации имущества и финансовых обязательств организации и оформления ее результатов.
Методическими указаниями предусмотрено, что для проведения инвентаризации в организации создается постоянно действующая инвентаризационная комиссия (п. 2.2); персональный состав постоянно действующих и рабочих инвентаризационных комиссий утверждает руководитель организации, документ о составе комиссии (приказ, постановление, распоряжение) регистрируют в книге контроля за выполнением приказов о проведении инвентаризации, отсутствие хотя бы одного члена комиссии при проведении инвентаризации служит основанием для признания результатов инвентаризации недействительными (п. 2.3); до начала проверки фактического наличия имущества инвентаризационной комиссии надлежит получить последние на момент инвентаризации приходные и расходные документы или отчеты о движении материальных ценностей и денежных средств, материально ответственные лица дают расписки о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход (п. 2.4); сведения о фактическом наличии имущества и реальности учтенных финансовых обязательств записываются в инвентаризационные описи или акты инвентаризации (п. 2.5); инвентаризационная комиссия обеспечивает полноту и точность внесения в описи данных о фактических остатках товаров, денежных средств, правильность и своевременность оформления материалов инвентаризации (п. 2.6); проверка фактического наличия имущества производится при обязательном участии материально ответственных лиц (п. 2.8); описи заполняются чернилами или шариковой ручкой четко и ясно, без помарок и подчисток, исправление ошибок производится во всех экземплярах описей путем зачеркивания неправильных записей и проставления над зачеркнутыми правильных записей, исправления должны быть оговорены и подписаны всеми членами инвентаризационной комиссии и материально ответственными лицами (п. 2.9); описи подписывают все члены инвентаризационной комиссии и материально ответственные лица; в конце описи материально ответственные лица дают расписку, подтверждающую проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий и принятии перечисленного в описи имущества на ответственное хранение; при проверке фактического наличия имущества в случае смены материально ответственных лиц принявший имущество расписывается в описи в получении, а сдавший - в сдаче этого имущества (п. 2.10).
В соответствии с п. 4.1 Методических указаний, по имуществу, при инвентаризации которого выявлены отклонения от учетных данных, составляются сличительные ведомости, в которых отражаются результаты инвентаризации, то есть расхождения между показателями по данным бухгалтерского учета и данными инвентаризационных описей.
Соблюдение при проведении инвентаризации вышеприведенных требований является юридически значимым обстоятельством, недоказанность которого работодателем препятствует учету итогов инвентаризации как достоверных и свидетельствует об их недействительности.
Согласно приказу №207 от 06.05.2019 «Об организации и проведении инвентаризации активов и обязательств АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод», для организации плановой инвентаризации (перед составлением годовой отчетности) и контроля за ее качественным проведением созданы централизованные комиссии, а также утвержден график проведения плановой инвентаризации.
Вместе с тем, суду не представлены: сведения о получении последних на момент инвентаризации приходных и расходных документов или отчетов о движении материальных ценностей; расписки ответчиков о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход.
Стороной истца представлены инвентаризационные описи товарно-материальных ценностей в отношении склада 37 цеха 14 АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» №0100054787 от 30.11.2018, а также инвентаризационная опись товарно-материальных ценностей №0100062039 от 27.11.2019.
Из инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей № 0100062039 от 27.11.2019 склада 37 цеха 14 АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» следует, что:
- уголок 50x50x5 СТЗПСЗ: фактическое наличие 33,730 тонн на сумму 966 701 рубль 80 копеек, по данным бухгалтерского учета количество 42,775 тонн на сумму 1 225 931 рубль 50 копеек, то есть недостача составила 9,045 тонн на сумму 259 229 рублей 70 копеек (№ п/п 31);
- профиль П8250Х102 11500390-12Г2ФД: фактическое наличие 929,760 тонн на сумму 71 266 563 рубля 91 копейка, по данным бухгалтерского учета количество 952,071 тонн на сумму 72 976 712 рублей 99 копеек, то есть недостача составила в количестве 22,311 тонн на сумму 1 710 149 рублей 08 копеек (№ п/п 34).
Кроме того, данная инвентаризационная опись содержит сведения о превышении фактического наличия иного уголка (например № п/п 32), а также профиля (например № п/п 35), с данными бухгалтерского учета.
Вместе с тем, данная инвентаризационная опись не содержит сведений о дате поступления указанных товарно-материальных ценностей на склад, иные первичные учетные документы в отношении уголка 50x50x5 СТЗПСЗ и профиля П8250Х102 11500390-12Г2ФД, материальный ущерб за недостачу которых предъявлен истцом ко взысканию, стороной истца не представлены. В связи с чем не представляется возможным определить время поступления и отпуска указанных товарно-материальные ценностей, а также принятия их ответчиками и отпуска со клада, поскольку Керимова К.А. и Копытцева Н.А. приняты на работу в отчетный период, договоры о полной индивидуальной материальной ответственности с ними заключены лишь 05.08.2019, а передача товарно-материальных ценностей, хранящихся на складе им не осуществлялась, доказательств обратного суду не представлено.
Из объяснительных Копытцевой Н.А. и Керимовой К.А. следует, что уголок 50х50х5 марка стали 09Г2Д и СТЗ имеют одинаковый размер, различаются лишь маркой стали, которую невозможно определить самостоятельно, а на пачках не везде имеются бирки, поэтому могла произойти пересортица уголка. В отношении выявленной недостачи профиля указано, что при его поступлении имеются превышения нормативов, на складе не созданы условия для хранения поступающего объема профиля, невозможно произвести его сортировку по длине, поэтому металл находится на стеллажах вперемешку. Кроме того, поскольку длину профиля не возможно самостоятельно определить, произошла пересортица, так как цех работал по двум длинам одновременно (л.д. 42, 43).
Кроме того, из пояснительной начальника цеха 14 АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» С.В.А. следует, что недостачи и излишки образовались в результате выдачи товарно-материальных ценностей одного наименования вместо другого, что является пересортицей (л.д. 41).
Согласно протоколу №16 от 27.11.2019 заседания рабочей инвентаризационной комиссии по складу №17 АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» (л.д. 21-24), по результатам проведенной инвентаризации установлено, что:
- металлопрокат хранится с нарушением норм запаса, что усложняет его качественный учет;
- наличие излишек уголка 45х45х5 09Г2С, уголка 45х45х5 ст. 3, уголка 50х50х5 09Г2Д, вагонной стойки L10440 12Г2ФД и недостачи уголка 50х50х5 ст. 3, вагонной стойки L11500 12 Г2ФД обусловлено тем, что металл не разложен по номенклатурным номерам;
- не созданы условия для нормальной работы материально-ответственных лиц;
- факт невыполнения требований Инструкции о порядке обеспечения сохранности материальных ценностей, правах и обязанностях заведующих складами, старших кладовщиков, кладовщиков и других материально-ответственных лиц в АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» Керимовой К.А. и Копытцевой Н.А. не выявлен.
Аналогичные выводы содержатся в протоколах №1 и №2 от 05.12.2019 заседание рабочей инвентаризационной комиссии по товарно-материальным ценностям цеха 14 склада 37 (л.д. 25-30).
Из разъяснений, содержащихся в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.
При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.
При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств материальная ответственность работника исключается.
Оценивая представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь вышеуказанным нормами закона, в совокупности с обстоятельствами, установленными в судебном заседании, суд приходит к выводу, что допустимых и достаточных доказательств, свидетельствующих о противоправности поведения ответчиков, которое бы явилось результатом обнаруженной недостачи и причинения ущерба работодателю в заявленной сумме, истцом не представлено.
Документов, с достоверностью подтверждающих факт принятия ответчиками вверенного им имущества (лома) на определенную сумму и в определенном количестве, в материалах дела не имеется, а сам по себе лишь факт заключения с работниками договоров о полной материальной ответственности нельзя признать бесспорным основанием для взыскания с них прямого действительного ущерба.
В силу ст. 244 Трудового кодекса Российской Федерации письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (п. 2 ч. 1 ст. 243 ТК РФ), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.
Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.
Вместе с этим, индивидуальная форма полной материальной ответственности устанавливается только при наличии одновременно следующих условий: материальные ценности вручаются под отчет конкретному работнику и на него возлагается обязанность по их сохранности; работнику предоставлено отдельное изолированное помещение или место для хранения (продажи, переработки) материальных ценностей и обеспечены условия для надлежащего выполнения обязанностей; работник самостоятельно отчитывается перед бухгалтерией организации за принятые им под отчет ценностей.
При совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой, применением или иным использованием переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере, в соответствии со ст. 245 Трудового кодекса Российской Федерации может вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность (ч. 1); по договору о коллективной (бригадной) материальной ответственности ценности вверяются заранее установленной группе лиц, на которую возлагается полная материальная ответственность за их недостачу (ч. 3). Правовая природа договора о полной материальной ответственности, как следует из ст. ст. 244, 245 Трудового кодекса Российской Федерации, предполагает, что работники, заключившие такой договор, должны обеспечить сохранность вверенного им имущества.
Письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба заключается между работодателем и всеми членами коллектива (бригады).
Из установленных по делу обстоятельств, а также пояснений сторон, данных в ходе рассмотрения дела, следует, что хранение товарно-материальных ценностей осуществлялось на не огороженной территории, доступ к товарно-материальным ценностям имели все работника цеха 14 АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод»; какой-либо учет движения товарно-материальных ценностей внутри коллектива от одного работника цеха к другому не осуществлялся. Приемку и отпуск товарно-материальных ценностей Керимова К.А. и Копытцева Н.А. осуществляли в свое рабочее время, а в их отсутствие иные работники цеха. При передаче смены документы, подтверждающие фактическое наличие вверенного имущества не составляются, доказательств обратного в материалы дела не представлено.
Кроме того, стороной истца не представлено сведений о передаче товарно-материальных ценностей, хранящихся на складе, ответчикам после принятия их на работу. При этом, Керимова К.А. и Копытцева Н.А. пояснили, что фактически товарно-материальные ценности приняли в период проведения инвентаризации, по результатам которой к ним предъявлено требование о взыскании материального ущерба, в связи с выявленной недостачей товарно-материальных ценностей.
Приведенные обстоятельства свидетельствует о том, что при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с приемом, хранением, отпуском переданных им металлопроката, невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере.
Кроме того, в нарушение ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации работодателем не установлено, какие именно действия или бездействия ответчика повлекли возникновение недостачи.
Вместе с тем, как следует из пояснений сторон, работодателем не обеспечены надлежащий прием и отпуск товарно-материальных ценностей, не представлено доказательств принятия достаточных мер по обеспечению сохранности товарно-материальных ценностей.
При этом, суд принимает во внимание режим рабочего времени Керимовой К.А. и Копытцевой Н.А., учитывает, что производственный процесс носит круглосуточный характер, режим рабочего времени, установленный ответчикам, не позволяет круглосуточно производить приемку и выдачу товарно-материальных ценностей, хранящихся на складе, в связи с чем в их отсутствие, прием и выдача товарно-материальных ценностей осуществляется иными работниками цеха.
Материальная ответственность стороны трудового договора, исходя из положений ст. 233 Трудового кодекса Российской Федерации, наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), которая корреспондирует к обязанности работодателя доказать размер такого ущерба, причиненного конкретным работником.
Между тем, доказательств, отвечающих принципам относимости и допустимости, которые бы в своей совокупности свидетельствовали о том, что обнаруженная в результате проведения инвентаризации недостача товарно-материальных ценностей образовалась именно в результате неправомерных действий ответчиков истцом в материалы дела не представлено.
Более того, в соответствии с положениями ст. 239 Трудового кодекса Российской Федерации неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, может служить основанием для отказа в удовлетворении требований работодателя, если это явилось причиной возникновения ущерба.
Исходя из юридически значимых обстоятельств, необходимых установлению по настоящему делу, стороной истца не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что работодателем исполнена обязанность по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работникам, в том числе с учетом численности работников цеха, территории обособленного подразделения, свободного доступа иных работников к товарно-материальным ценностям, не позволяющих обеспечить должный контроль за сохранностью товарно-материальных ценностей.
При изложенных обстоятельствах, исковые требования АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» к Керимовой К.А., Копытцевой Н.А. о взыскании материального ущерба в размере 1 696 378 рублей 78 копеек в равных долях, не подлежат удовлетворению.
Поскольку требование о взыскании расходов по оплате государственной пошлины являются производными, удовлетворению также не подлежат.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований акционерного общества «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» им. Ф.Э. Дзержинского к Керимовой К. А., Копытцевой Н. А. о взыскании материального ущерба, причиненного работодателю в размере 1 969 378 рублей 78 копеек, а также расходов по оплате государственной пошлины в размере 18 046 рублей 89 копеек в равных долях, отказать.
Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Дзержинский районный суд города Нижний Тагил в течение одного месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.
Судья: О.В. Свинина